И грустно было ему в ту ночь, и он желал, чтоб ветер выл не так уныло и чтобы дождь в окно стучал не так сердито...

Словно горы, из возмущенной глубины вставали волны там и злились, там буря выла, там носились обломки...

И, обращен к нему спиною, в неколебимой вышине, над возмущенною Невою стоит с простертою рукою кумир на бронзовом коне.

Народ зрит Божий гнев и казни ждет.

Итак, домой пришед, Евгений стряхнул шинель, разделся, лег.

Погода пуще свирепела, Нева вздувалась и ревела, котлом клокоча и клубясь, и вдруг, как зверь остервенясь, на город кинулась.

Прошло сто лет, и юный град, полнощных стран краса и диво, из тьмы лесов, из топи блат вознесся пышно, горделиво.

В гранит оделася Нева; мосты повисли над водами; темно-зелеными садами ее покрылись острова.

Так злодей, с свирепой шайкою своей в село ворвавшись, ломит, режет, крушит и грабит; вопли, скрежет, насилье, брань, тревога, вой!..

Но долго он заснуть не мог в волненье разных размышлений.

По мшистым, топким берегам чернели избы здесь и там, приют убогого чухонца; и лес, неведомый лучам в тумане спрятанного солнца, кругом шумел... - Основа (основы) предложения?

Плеская шумною волной в края своей ограды стройной, Нева металась, как больной в своей постеле беспокойной.

Евгений стремглав, не помня ничего, изнемогая от мучений, бежит туда, где ждет его судьба с неведомым известьем, как с запечатанным письмом.